Вольная экранизация пьесы Бена Хекта и Чарльза МакАртура.
Это самая любимая кинокомедия Квентина Тарантино.
В конце фильма Уолтер упоминает человека под именем Арчи Лич, это настоящие имя и фамилия Кэри Гранта.
Подсчитано, что реплики в обычном фильме произносят со средней скоростью 90 слов в минуту. В комедийной мелодраме Ховарда Хоукса (1896-1977) средняя скорость достигает 240 слов в минуту.
Один из первых фильмов – самым первым была
комедия Грегори Ла Кавы (1892-1952) «Дверь на сцену» (1937) – в котором персонажи произносят свои реплики, пока ещё не кончилась реплика другого героя фильма. Сделано это было, чтобы выглядело и звучало всё наиболее достоверно. До того персонажи всегда давали своим партнёрам по сцене договорить и только потом уже начинали произносить свою реплику.
Розалинд Расселл (1907-1976) не понравилось, что качественных реплик у её героини меньше, чем у персонажа в исполнении Кэрри Гранта (1904-1986), так что с помощью брата она обратилась к услугам писателя рекламных слоганов и текстов, и тот несколько изменил написанные для её героини реплики. Этого не заметил ни Хоукс, который позволял своим актёрам импровизировать, ни члены съёмочной группы, ни другие актёры, за исключением Гранта.
Окончание съёмок произошло на несколько дней позже запланированного. Задержка была вызвана сложностью съёмок сцен диалогов, в которых реплики произносились очень быстро, и необходимо было их произносить в определённый момент времени, чтобы они сочетались с визуальным рядом. На съёмки сцены в ресторане, куда приглашают Хильди и Брюса, ушло четыре дня. По первоначальным замыслам на съёмки этой сцены отводилось только два дня.
Для записи звука (и в частности, быстрого обмена репликами) Хоукс решил использовать не один микрофон, который подносили к актёрам на штанге, а множество микрофонов. Т.к. микрофоны не включались одновременно, их включением по очереди занимался специальный звукорежиссёр. В одной сцене использовалось одновременно до 35 микрофонов.
Во время съёмок много импровизировали, что серьёзно осложняло жизнь оператору Джозефу Уолкеру (1892-1985). Особенно сложно было снимать так, чтобы на экране она прекрасно выглядела, Розалинд Рассел, ведь Уолкер заранее точно не знал, в какой именно точке в какой сцене она будет находиться. У актрисы была массивная нижняя челюсть, что требовало при съёмках подсветки. Кончилось тем, что Уолкер решил эту проблему, попросив гримёра Росселл затенить челюсть актрисы, так что дальше её можно было снимать без проблем.
